Category: Азия

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

24 ноября 2013

Перед полетом мы волновались из-за очень короткой стыковки между рейсами Баку-Доха и Доха-Сингапур. Но все прошло как по маслу – успели и мы, и наш багаж. Что говорить, конечно, перелет тяжелый, но что поделать, если какая-нибудь Европа, куда лететь ближе, меня мало интересует, а Юго-Восточная Азия – много.

В Сингапур приехали в воскресенье, и миф о том, что пробок здесь нет, тут же развеялся – стояли мы долго, затор был не хуже бакинского. Возможно, будь наш отель не в такой близости от главной торговой улицы города Орчард роуд, или будь это рабочим днем, нам бы повезло больше, а так, из песни слов не выкинешь. На эту самую роуд мы сегодня и успели, где удалось полюбоваться на рождественскую иллюминацию и наряженные елки, которые в эту тридцатиградусную жару выглядят, мягко говоря, сюрно. Кроме того, вся улица была наполнена каким-то звуком, похожим то ли на птичий щебет, то ли на какое-то механическое позвякивание.

Иллюминация иллюминацией, это добро везде увидишь, и даже выступление уличных музыкантов тоже увидишь – интересен местный колорит: например, на подходе к Орчард роуд, около Лаки Плазы, мы увидели целый табор женщин, усевшихся на подстилках прямо на тротуаре и устроивших пикник. Это выглядело как сборище бомжей, но для бомжей они выглядели слишком радостными и прилично одетыми. Оказалось, что так любят проводить воскресенья местные филиппинские домработницы.

Первый вечер в Сингапуре ознаменовали сингапурской же едой – но гастрономический аспект нашего путешествия будет освещен в отдельном посте.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

31 марта 2012, суббота

Утром уже привычно сели на трамвай и привычно доехали до станции метро Causeway Bay. Сегодня наш последний день – день, когда мы подобрали все возможные “хвосты”.

Для начала двинулись ловить парусную джонку, наши “алые паруса”, чтоб сфотографировать на фоне небоскребов. Мы ждали этого момента с самого приезда – в первый же день выяснили, что обычно она курсирует вдоль берега по субботам. Дождались вожделенной джонки (и даже не одной) и нащелкались всласть. Вид на фотографиях получился поистине символическим – соединение традиционного и ультра-модернового Гонконга.

Когда мы только приехали в Гонконг и глянули на карту, нам показалось, что всё здесь очень сложно: полуостров, несколько островов. Потом, уже поездив на туровых автобусах, общую картину местной топографии в голове сложили, но все еще глядели на снующих по запруженным улицам людей с некоторой завистью и удивлением – как это они тут разбираются и находят дорогу? А вот вчера и сегодня, напоследок, решили сами углубиться в хитросплетение улиц Гонконга (того, который остров) и Коулуна.

Честно сказать, по крайней мере в центре Коулуна, не такое уж оно и хитросплетение – везде указатели, на каждом шагу карты с услужливой пометкой “You are here”. Ориентируясь по этим подсказкам, мы прошлись по Сэлисбери роуд и свернули на Нэтан роуд. На последней сочетаются брэндовые магазины с баснословными ценами, с поддельными часами и сумками, которые, впрочем, своей фальшивости и не скрывают – зазывалы (в основном индусы) так и кричат: “Copy watches, handbags!”.

Походив, нашли шанхайский ресторан. А в наше подтягивание “хвостов” как раз входила дегустация местных специалитетов – вчера мы отведали суп из акульих плавников, на сегодня оставались абалон (или морское ушко, это такой съедобный моллюск) и птичье гнездо. На всякий пожарный решили распределить их между обедом и ужином, и для страховки каждый раз взять к ним еще одно, более привычное блюдо – на случай если китайские изыски окажутся совсем уж несъедобными.

В меню шанхайского ресторана как раз оказалось блюдо из абалона (вообще-то это вроде как именно кантонский деликатес). И если говядины – нашего “страховочного” блюда – принесли целую гору, как тут водится, то гораздо более дорогая порция абалона состояла буквально из четырех ломтиков (каждый размером пример с ломтик сервилада). Вкус похож на нежную телятину, но с поправкой на морское происхождение этого мяса.

Дальше все у нас было окрашено мыслями в духе “вот последняя поездка в гонконгском метро”, “в последний раз едем на гонконгском трамвае”… Интересно, что хоть Пекин и понравился и мы видели там много необычного и интересного, как-то желания поехать туда опять не возникает. А вот в Гонконг вернуться очень хочется, вплоть до того, чтобы пожить здесь.

Пожить тут было бы хорошо, а хорошо пожить – еще лучше. Когда нам говорили, что по выходным в брэндовые бутики и ювелирные магазины выстраиваются очереди, мы считали это сказанным ради красного словца. А тут видели собственными глазами – притом, что ювелирных магазинов тут чертова пропасть, причем многие из них принадлежат к разветвленным сетям (настолько разветвленным, что на одной улице может быть по пять, десять магазинов сетей Lukfook, Chow Tai Fook, Chow Sang Sang). А в витринах – стой и смотри! Украшения из чистого золота, из громадных жемчужин, отборного жадеита, желтоватых бриллиантов, крупных рубинов, сапфиров, изумрудов, с ценами, порой доходящих до миллионов. И проходя мимо, мы видели, что магазины не просто не пустуют, а у прилавков сидят покупающие клиенты в немалом количестве.

Уже идя домой, по надземному переходу, вдруг увидели жанровую сцену: внезапно раздался звон битого стекла и разлилась красная жидкость. Оказалось, что один парень налетел на другого и выбил у него из рук пакет с какой-то бутылкой. Нимало не медля, потерпевший воскликнул: “Эй!”, схватил обидчика за грудки и со всей дури стукнул его головой об окно. К счастью, здешние стекла к такому делу оказались привычны. Дальнейших разборок мы уже не видели, но стукнутый сдачи дать не пытался, вид имел явно виноватый и, кажется, готовился раскошелиться.

Еще одним “хвостом” оставался поход в массажный салон. Это тоже одна из здешних фишек, и в интернете мы читали о нем самые положительные отзывы. Мы уже несколько дней в него собирались, но как-то не получалось, а в последний день решили: всё, идем, благо ближайший салон находится буквально за углом нашей гостиницы. Полный массаж всего тела у них делается за 50 минут и стоит 250 гонконгских долларов. Массаж сугубо лечебный, и не расслабляющий, а довольно жесткий и местами болезненный (в тех точках, которые и склонны болеть), тебя укладывают вниз лицом на кушетку и массируют через полотенце. Нам делали массаж одновременно две хрупкие на вид женщины.

И наконец, последним номером нашей программы – птичье гнездо на ужин (его принято называть ласточкиным, на самом же деле съедобными являются гнезда только трех видов стрижей – они строят его не из веток или глины, а из рыбьих мальков и икры, скрепляя их собственной слюной). Мы ожидали, что это что-то твердое и даже хрустящее. Принесли же там белую слизистую кашку, сладкую и в миндальном соку (нас привлекла такая, хотя бывают, как потом выяснилось благодаря гуглу, и соленые варианты блюда, всегда, впрочем, жидкого).

На этом наше гонконгское путешествие заканчивается, сейчас запрем чемоданы и поедем в аэропорт.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

30 марта 2012, пятница

Первый раз в Гонконге встали очень рано, поскольку для присоединения к экскурсионной группе для поездки на остров Лантау нам предстояло поехать в другой отель, The Excelsior. Мы приблизительно знали, где он находится (позади универмага Sogo, то есть в районе нашей обычной трамвайной остановки), но в таких случаях надо дать себе время на уточнение, что мы и сделали. И в результате благополучно влились в свою группу. Нас несколько раз передавали из рук в руки: на первой остановке автобуса отделили от тех, кто ехал на Новые территории, затем, поскольку на Лантау разрешен только свой собственный транспорт (и такси, и автобусы), нас довезли до острова и пересадили на другой автобус.

Мы проехали по тем же длинным мостам, что и в первый день из аэропорта, но на этот раз нам сообщили их названия (Чинг Ма, Тинг Кау и Кап Шуй Мун). Мосты только транспортные – ни пешеходное, ни велосипедное движение там не предусмотрено. На самой первой остановке нам предоставили возможность не только полюбоваться видом на эти мосты, но и ближе ознакомиться с одним из главных символов Гонконга – цветами баухинии, благо привезли нас в сад баухиний.

Распрощавшись с приятной гидессой по имени Айви, мы поступили в распоряжение сухопарого, узколицего гида. Собственно “мы” – это десять взрослых и один смуглый ребенок – очевидно, приемный, у весьма своеобразной и малосимпатичной пары из Америки. Она – сравнительно молодая, совершенно необъятных размеров и с нечистой кожей. Он – несколько дебильного вида, узко- и высоколобый, с красным курносым носом и рыжей щетиной. Помимо них, также имелась старая супружеская пара из США в одинаковых жилетах, еще одна пожилая женщина, кажется, тоже американка, австралиец в шортах, обративший на себя внимание тем, что забыл свой билет и сказал: “Oops!” (тем не менее, к поездке допущен был, ибо у гидов были свои списки), а также пара с материкового Китая, говорящая только на путунхуа. Ну и конечно, авторы этих строк.

Несмотря на то, что гид сообщил, что его английский намного лучше, чем его путунхуа (напомним, что для здешних китайцев родной язык – кантонский, от официального китайского сильно отличающийся), интонация у него на обоих языках была абсолютно одинаковая и довольно монотонная, поэтому, каждый раз, когда он принимался за объяснения для китайской пары, нас охватывала оторопь, что мы вдруг перестали его понимать.

Следующая остановка – пляж Upper Cheung Sha. Наконец-то мы попробовали – кто рукой, а кто и ногой – воду Южно-Китайского моря. Гид сказал, что купальный сезон откроется через три дня (то есть 1 апреля) – совсем чуть-чуть не успели. А вообще, нам сказали, что время, в которое мы приехали, самое благоприятное, так как и зимой, и летом у них слишком высокая влажность и из-за туманов мало что можно увидеть, а кроме того накрывают дожди и даже тайфуны. Зона, разрешенная для купания, очень маленькая и тщательно огорожена, в основном, из боязни акул, хотя их здесь давно не видели.

Следующим пунктом программы было посещение рыбацкой деревни Тай О, куда мы поехали через красивейшие горы. Интересно, что общий вид как-то перекликается с пейзажами Норвегии, виденными нами полгода назад, как будто северный и южный варианты одного и того же.

Деревня Тай О – резкий контраст к Гонконгу небоскребов, бутиков и дорогих брэндов. Люди тут живут в основном в убогих, проржавевших лачугах на сваях. У каждой лачуги пришвартована лодка и кажется, что ее мотор – самое ценное, что есть у хозяина, ибо эти моторы довольно крутых фирм: Yamaha и так далее.

Наc покатали на катере вдоль этих хибарок, а потом повели через рыбный рынок, на котором продаются местные специалитеты: сушеные морепродукты и креветочная паста. Запах стоял – хоть всех святых выноси! От свежей рыбы пахло еще куда ни шло, а вот от сушеной… Это “благовоние” потом полдня преследовало и мерещилось в каждом запахе, даже аромате цветов! А так, конечно, было интересно и необычно. Видели устриц, морских звезд, морских ежей, коньков, даже огромную сушеную акулу. Сушеная рыба некоторых видов была чрезвычайно дорогой – связка из четырех штук стоила 58 тысяч гонконгских долларов (как мы уже знаем, для перевода в манаты надо разделить примерно на 10 – то есть где-то 5800 АЗН).

Выехав из Тай О, мы стали снова подниматься в горы. Мы заранее знали, что к статуе Будды (его называют самым большим бронзовым сидячим Буддой в мире, так как среди стоячих есть и выше, кажется, в районе Шанхая) ведут 256 ступенек и были морально готовы карабкаться. Однако, оказалось, что автобус вкруговую подвозит практически к подножью. Существует еще и канатная дорога, но она закрыта на ремонт.

Ну что про статую писать – величественная, конечно, хорош Будда. На груди у него знак, похожий на свастику, но являющийся ее зеркальным отражением – это символ вечного круговорота Вселенной. Нас водили и в помещение под статуей, но там ничего интересного не оказалось – те же четки, те же браслеты, какие-то каллиграфические картины.

В монастырь По Лин, на который и взирает с высоты этот Будда, по пресловутым 256 ступенькам спускаться не стали, так как и к нему нас отвезли на автобусе. Это монастырь гораздо больше и многолюднее вчерашнего. Во дворе его стоят статуи 12 божественных генералов – символов 12-летнего цикла, а также времени суток. У каждого на голове животное, олицетворяющее соответствующий год.

Уже второй день в монастырях испытываем странное чувство: мы приходим сюда просто праздно поглазеть, а ведь для людей это серьезный визит к богам. Вот и наши спутники-китайцы активно молились, зажигали благовонные палочки.

В экскурсию входил обед в монастыре, как и вчера, полностью вегетарианский, но классом повыше.

Обратно ехали тем же путем. В отличие от разговорчивой пекинской гидессы, это гид всю обратную дорогу хранил гордое молчание и даже, кажется, спал. После того, как нас доставили опять же в Эксельсиор, мы заскочили в World Trade Centre, совсем чуточку отоварились и основательно осмотрелись. Очень милый торговый центр, чистый, просторный, относительно немноголюдный, никто за тобой не гоняется с товаром.

Вечером в честь посещения рыбацкой деревни, у себя в гостинице откушали наконец супа из акульих плавников. Что ж, вкусно. За соседними столами наблюдали китайцев, которые в буквальном смысле слово варили что-то в кипящих перед ними плоских кастрюлях: брали ломтики мяса, какую-то зелень и другие продукты, бросали в кастрюлю, а потом вылавливали и ели. Официант объяснил нам, что это hot pot, что едоки подбирают себе ингредиенты сами и берут соусы, расположенные горкой на столе.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

29 марта 2012, четверг

Воспрянув с утра духом после вчерашнего приступа уныния, мы решили действовать на свой страх и риск и выбрать маршрут самостоятельно, пользуясь картой, гуглом и своим здравым смыслом.

Выбор наш пал на монастырь Десяти Тысяч Будд, который расположен на Новых Территориях. Они находятся на материковой части, севернее Коулуна и в ареал маршрутов автобусных туров не входят. Нам же предстояло пересечь практически весь Гонконг с юга на север.

Предварительно, мы обеспечили себе культурную программу и на завтра, вверившись той же компании Big Bus Tours, и записались на однодневную поездку на остров Лантау. Сами же от станции метро Central двинули с двумя пересадками к пункту нашего назначения Sha Tin, где и располагается облюбованный нами монастырь.

Поездка в метро – всегда подходящее время и место для наблюдений за местным населением и выводов. Так мы подметили, что местные китайцы употребляют гораздо меньше чеснока, чем пекинские, или, во всяком случае, умело это скрывают. В Пекине в любом публичном месте просто задыхаешься от этого “тонкого” аромата, здесь же ничего такого не чувствуется.

Кроме того, обращает на себя внимание всеобщая технофилия гонконгцев – все в метро ездят уткнувшись в телефоны, айпады и прочие гаджеты самых последних моделей. А вот электронные читалки встречаются реже, чем, к примеру, в Лондоне, и вообще в метро предпочитают не читать, а смотреть кино, клипы, мультики, или слушать музыку. К чести здешней культуры и воспитанности также добавим, что мне уступили место.

На Sha Tin произошла некоторая заминка: нам представлялось, что это одно из излюбленных мест посещения туристов и большое количество указателей без труда приведут нас к нужному месту. Ан нет! Мы огляделись, пошли по вроде единственной улице, очень широкой, гораздо шире и просторнее, чем в городе, увязавшись было за основной массой выходящих из метро. Потом мы сообразили, что вряд ли эта широкая современная улица приведет нас к буддийскому монастырю.

Спросив пару человек на улице, мы поняли, что надо возвращаться к станции и делать вторую попытку.

Оказалось, что к монастырю ведет тропинка. Пойдя по ней, мы оказались перед воротами и уже однозначным указателем, оповещающем, что ступени, на которые мы шагнули, – это и есть дорога к храму. Ступенек этих великое множество, но дорога при этом весьма интересная: по обеим сторонам стоят, сидят в различных позах, с различными выражениями позолоченные Будды, практически без промежутков. Буквально в начале пути нас перехватили два буддистских монаха, что-то над нами пробормотали, приложили нам к лбам какие-то четки, надели нам по браслету на руку и недвусмысленно намекнули на подаяние. Деться было некуда, каждой пришлось расстаться с сотней гонконгских долларов. Уже выше мы заметили объявление о том, что настоящие монахи попрошайничать не станут, поэтому, мол, остерегайтесь фальшивых. Что-то в этом есть лукавое – как будто нельзя было предупредить об этом прямо у входа!

Повторимся: подняться к монастырю было очень и очень нелегко. Но даже если мы сделаем это заявление и в третий раз, все равно, об этом гораздо легче написать, чем в действительности преодолеть этот путь. Мы – преодолели!

Интересно, что на территории самого монастыря ни одного монаха – ни настоящего, ни фальшивого – нами замечено не было. Зато здесь были уборщики, которые начищали статуи тряпкой, поливальщики и всякий другой обслуживающий персонал. Заметим, кстати, что подписи ко всем статуям сделаны исключительно на китайском, и только под двумя ящиками с женьшеневым фикусом аккуратно подписано по-английски, из чего можно заключить, что сюда в основном поднимаются китайские буддисты и англоязычные ботаники 😀

Внутри самого храма съемка не разрешается. Можно было подумать, что Десять Тысяч Будд – это те статуи, что сопровождали нас по дороге. На самом же деле они как раз сосредоточены в этом помещении: под потолок каждой стены уходят аккуратные ряды (мы насчитали 31 ряд), уставленные одинаковыми золотистыми фигурками сидящих Будд.

Во дворе – статуи божеств, высокая пагода, курильницы для благовонных палочек. Мы поняли, что посетители тут – это в основном не столько туристы, хотя и наш брат имеется, сколько верующие, пришедшие помолиться. Они выставляют благовонные палочки, загадывают желания и читают какие-то книги.

Но здесь присутствует пища не только духовная, но и вполне плотская, хотя и чисто вегетарианская. Тут же, во дворе, расположена едальня, где всего за 48 местных долларов подают большущую порцию (суп, например, измеряется не в тарелках, а поистине в целых тазиках!). В меню значатся и курица, и рыба, и баранина, но всё – с приставкой veggie, надо понимать, стало быть, из сои. А овощи и грибы – самые обычные и настоящие. И представьте себе, всё очень вкусно!

Ну, стоит ли говорить, что дорога вниз далась нам гораздо легче. А всего наше сегодняшнее путешествие к монастырю распределяется таким образом: час на дорогу туда, два часа на месте и час с лишним на обратный путь.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

28 марта 2012, среда

День начался с поездки по автобусному маршруту, который ведет за город. Виды, особенно по южному побережью, усеянному пляжами, наиживописнейшие, но отдельно тут описывать нечего – придется все время повторять: “Ах, какая красота! Какое море, какие холмы, как чудно пахнет цветами!”. Причем запах непонятный, совершенно ни на что не похожий, но очень и очень приятный.

В районе Repulse Bay (то есть “бухта отпора”, так он называется потому, что когда-то это было гнездом пиратов, которым британские войска дали твердый отпор и в конце концов искоренили их) очень престижно селиться, и жилье поэтому тут очень дорогое: доходит до 200 тысяч гонконгских долларов (то есть около 26 тыс. долларов американских, или 20 тыс. АЗН) за квадратный метр!

Гвоздем путешествия явился обед на плавучем ресторане Jumbo Kingdom в рыбацком поселке Абердин. Поселком его можно назвать очень условно, ибо такие же высотки, как в городе. Удивительно, что название маленького шотландского городка встретилось в субтропическом Гонконге. Оказывается, шотландцем был губернатор, и вообще шотландским духом тут настолько все пропитано, что даже на Акте передачи Гонконга Китаю маршировали шотландские солдаты под гудение шотландских волынок.

Особый колорит Абердину придают традиционные лодки – сампаны, в которых раньше жили, а иногда живут и сейчас, представители народа танка. На одном из таких сампанов мы и прокатились к ресторану.

В роскошном плавучем ресторане есть и европейский, и китайский (кантонский) залы. Мы ради колорита выбрали второй. Цены неторых блюд, прямо скажем, зашкаливали и доходили до нескольких сотен (суп из акульего плавника, например), а то и тысяч (какая-то гламурненькая рыба). Мы до таких излишеств не доходили, ограничились знакомыми нам дим сумами, свининой в кисло-сладком соусе и лапшой с курицей. Лапши принесли такую гору, что после нашего совместного энергичного поедания она выглядела почти нетронутой. А о степени нашего насыщения говорит тот факт, что на ужин нас в этом день уже не хватило.

От ресторана оказалось уже недалеко до города – проезжали знакомые небоскребы. Между прочим, в Гонконге небоскребам принято давать прозвища, связанные с их формой: здание Армии Китая (бывшую штаб-квартиру британского гарнизона), например, называют “перевёрнутой бутылкой джина” которую я не успела сфотографировать), а здания Lippo Centre, напоминающие деревья, облепленные коалами, – просто “коалами”(на фото внизу).

После обеда кураж нас покинул. Случилось это в компьютерном центре Wan Chai. Казалось бы, рай для любителя электроники, где можно с удовольствием отовариться. Однако пространство, разделенное на крошечные отсеки, заваленное техникой и забитое китайцами, произвели впечатление удручающее и нагнали тоску. Самое интересное, что телефоны мы купили, а хорошее настроение так и не вернулось.

Рассеивать печаль отправились опять на Пик Виктория. Тут тоже все было не слава богу – на трамвай была километровая очередь, у работников тура забыли спросить про экскурсии на остров Лантау, куда планировали завтра.

Тем не менее, пошли в здешнюю “Мадам Тюссо”. Основная часть экспозиции, конечно, – местные знаменитости, среди которых особняком стоит Джеки Чан (настолько, что даже фотографироваться с ним можно только за деньги). Ну и вообще, по численности воскового населения, конечно, до Лондона далеко.

Дождавшись сумерок, мы снова посетили смотровую террасу и, почти унесенные бушевавшим там ветром, обогатились снимками с видом на вечернюю бухту с высоты птичьего полета.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

27 марта 2012, вторник

Прежде всего – похвалим себя. И Гонконг. Первые отлично сориентировались и разобрались, что к чему: куда и как ехать, приобрели транспортную карточку Octopus (она также работает в некоторых магазинах). Думаем, что тем самым завязали с такси, да здравствует общественный транспорт. Второй, то есть Гонконг, предоставил возможность во всем разобраться, он очень user-friendly: улицы, транспорт – все понятно и более-менее доступно, не так, как в Пекине, где, стоя на одной стороне широченной улицы, не имеешь понятия, как оказаться на другой, нужной тебе. Гонконгские улицы узкие, часто буквально как щели между небоскребами. А переходы на участках с оживленным движением обычно надземные.

Итак, позавтракав (гораздо более скромно, чем в роскошном пекинском отеле), мы, как и было решено вчера, отправились на ближайшую остановку туристического автобуса. Туда поехали на трамвае, которые здесь, как и всё в Гонконге, выросли не в длину, а в высоту: они кургузые и двухэтажные.

Автобуса пришлось ждать настолько долго, что мы даже заволновались, на правильном ли месте мы стоим. Но как раз в тот момент, когда мы пошли уточнить это у кого-то из персонала универмага Сого, перед которым мы и стояли, издалека показался наш долгожданный автобус. Интересно, что билеты мы приобрели только у остановки фуникулера к пику Виктория, получается, если бы мы вздумали сойти раньше, то проехались бы на халяву.

Пик Виктория был открыт для посещения еще в конце 19-го века. Дорога к нему очень отвесная, и ехали мы под немыслимым углом: нас буквально вдавливало в спинки сидений. Фуникулер тут не только аттракцион для туристов, но и общественный транспорт для жителей высоток, расположенных по склону горы, собственно, изначально он и был создан для того, чтоб стимулировать застройку горы.

Покинув фуникулер, сразу оказались в каком-то торговом центре, и выяснилось, что к смотровой площадке еще пилить и пилить на эскалаторах. Но это того однозначно стоило: вид с террасы просто божественный! Вообще бухта Виктория живописна до чрезвычайности, и обрамляющие ее каменные джунгли с высоты пика очень гармонично соседствуют с сочной курчавой зеленью на склонах.

Пообедали мы на пике же, в ресторане Bubba Gump Shrimp & Co. Он рыбный, вкусный, цены средние, кажется, это американская сеть. Интересен в нем способ вызова официанта: если ничего не нужно, устанавливаешь синюю табличку: “Run, Forrest, run!”, а понадобится официант – переворачиваешь ее, чтоб возникло: “Stop, Forrest, stop!” на красном фоне.

Покатавшись по острову Гонконг (название, кстати, означает “ароматная бухта” на кантонском диалекте), который является историческим центром бывшей британской колонии, мы на пароме Star Ferry перебралась на полуостров Коулун. Название его означает “девять драконов”.

Одна из главных достопримечательностей Коулуна – это набережная Цим Ша Цуй, точнее находящаяся на ней Аллея звезд наподобие голливудской, но, конечно, относящаяся к гонконгскому кинематографу. Среди абсолютно ничего не говорящих нам имен присутствуют и известные, такие как Джет Ли, Чоу Юн Фат, Энди Лау, ну и, конечно, две ярчайшие местные звезды – Джеки Чан и Брюс Ли. Последнему здесь же поставлен памятник, который является прямо-таки объектом паломничества для китайских (и не только) туристов.

Кстати, о китайских туристах. Нам говорили, что китайцы любят фотографироваться с европейцами, однако в Пекине никто такого желания относительно нас не проявлял. А тут, на набережной, целое семейство – судя по всему, туристы из какой-то китайской провинции – подскочили к нам с просьбой позволить им запечатлеть себя на фото рядом с нами, что все по очереди и проделали.

Полуостров мы объездили дважды: днем и вечером. Днем он значительно уступает острову, несмотря на наличие запоминающихся объектов, вроде отеля “Peninsula”, где во время Второй Мировой войны всего после нескольких дней сражений британцы подписали капитуляцию перед Японией, или самого высокого небоскреба в Гонконге (кстати, по числу небоскребов Гонконг – впереди планеты всей, их тут вдвое больше, чем в Нью-Йорке), где находится Международный Центр Коммерции. В отличие от фешенебельных бутиков острова, полуостров славится своими более демократичыми рынками: Женским, Ночным, цветочным, птичьим.

А вот вечером улицы Коулуна залиты морем огней – яркие, веселые, особенно такие районы как Нэтан роуд и Монг Кок – и выглядят абсолютно безопасно (кстати, уровень преступности в Гонконге и вправду очень низкий).

После экскурсии по вечернему Коулуну мы снова высадились на набережной, где ежевечерне в 8 часов демонстрируется лазерное шоу. Честно сказать, мы ожидали чего-то большего и когда в небе стали скрещиваться зеленые лазерные лучи, все ждали, когда же начнется настоящее шоу. Окзалось, это оно и есть – ну абсолютно не впечатлило. Зато сделали неплохие фотографии на фоне ночной набережной.

На обратном пути в гостиницу мы совершенно самостоятельно нашли нужную станцию метро, нужную трамвайную остановку, и после 12-часовой вылазки, благополучно вернулись в свой Emperor (Happy Valley).

Еще несколько общих наблюдений: язык здешний, то есть кантонский диалект китайского, довольно сильно отличается от путунхуа (официального во всем Китае). А вообще в Гонконге официальных языка два: английский и китайский (оба диалекта – то есть по сути три). Например, в метро, объявления произносятся на всех трех, причем мы наловчились на слух отличать кантонский от путунхуа.

Отличается и письменность. Здесь используются более древние, традиционные иероглифы, и они выглядят заметно сложнее, с огромным количеством черточек, палочек и завитушек. На материковой же части Китая, а также в Сингапуре и Малайзии, иероглифы упрощенные. Они были введены в середине прошлого века для повышения грамотности населения.

Наблюдая местных жителей, буквально видишь англичан в китайском обличии. Они чинно стоят в очередях (что вообще китайцам не очень свойственно), четко соблюдают правила дорожного движения, на эскалаторах стоят справа, а идут по левой стороне. Во всех общественных местах тут говорят по-английски, школьники решают на английском задачи по математике (это мы наблюдали в Starbucks, впрочем, между собой говорили они при этом по-китайски).

А вообще приехав в Гонконг, мы ясно почувствовали разницу между Китаем коммунистическим и капиталистическим. Причем там, в Пекине, они вовсе не выпячивают свои коммунистические лозунги, запреты и ограничения – вроде все завуалировано. Но при этом ощущение, что тигр, хотя и спрятав когти, все же протянул лапу: котролируемый интернет, контролируемое телевидение, обязательное упоминание гидами счастливой жизни при всеобщем равенстве в Народном Китае, портреты Мао, пятизвездочная символика, и даже бесконечные заграждением на улицах. А тут – демократия в полном расцвете. Неудивительно, что когда в 1997 году Маргарет Тэтчер по договору вернула Гонконг Китаю после 99-летней аренды, десятки тысяч гонгонгцев спешно эмигрировали на Запад, устрашенные “прелестями” коммунистического “рая”. Правда, пока что, имея статус Особого Административного Района, так же как Макао, Гонконг их практически не испытывает, ибо на 50 лет он сохраняет свою внутреннюю систему. А вот что гонконгцы станут делать потом – это вопрос.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

26 марта 2012, понедельник

Прощай, Пекин и здравствуй, Гонконг. Проводил нас Пекин некоторыми трудностями с такси: как выяснилось, понятие “заказать такси” как таковое тут не работает. Максимум, на что можно рассчитывать при заказе, так это на то, что портье отправится ловить для тебя такси на улице вне очереди. Но даже несмотря на небольшую задержку мы успели все тютелька в тютельку: и позавтракать, и сделать чекаут и благополучно пройти все этапы в аэропорту.

Пекинский аэропорт по сравнению с гонконгским выглядит полупустынным, может быть, за счет громадной территории. Гонконгский же по части времени простаивания, вернее прохаживания, по длинной извилистой очереди напомнил лондонский, а по части получения багажа – вовсе ничего не напомнил. Казалось бы, есть мониторы с объявлениями, смотри на них и иди куда тебе надо. Но почему-то наш пекинский рейс на них вообще обозначен не был. Пришлось идти к стойке, где выяснилось, что наш багаж втихомолку разгружается на конвейере для рейса из Сингапура. Уж не знаем, единичный ли это случай или такая безалаберность вообще свойственна гонконгцам.

Топография Гонконга весьма запутанная. Уже на стадии поиска такси в гостиницу мы поняли, что, как говорится, без пол-литра тут не разобраться. Такси одного цвета идут на один остров, другие – на другой, третьи – на полуостров, а сам аэропорт расположен еще на одном острове.

Дорога в город воистину ошеломила, в отличие от скучной пекинской. Живописные холмы, сплошь покрытые зеленью, везде цветы ядовито-малинового цвета, воздух полон пряных запахов, громадные мосты, небоскребы невероятных форм, залив чистейше голубого цвета… Мы то и дело хватали друг друга за руки и восклицали: “Вон, вон, смотри туда!” Глядя на узкие высокие небоскребы чувствуешь себя где-нибудь в Нью-Йорке, а на пальмы и тропическую зелень – прямо-таки в Гонолулу. Ну а левостороннее движение и тройные розетки напоминают старую добрую Англию.

Зато отель несколько разочаровал – наш пекинский был пятизвездочным и блистал роскошью. Этот же и по сервису уступает, да и по положению: находится он где-то на отшибе, в глубине острова Гонконг. Правда, вид из окна довольно интересный: видно какой-то холм, как все они здесь, покрытый зеленью, а также крыши домов, расположенных уступами внизу. На крышах кипит бурная жизнь: что-то развешивают, готовят, стоят столы, стулья, шезлонги.

Разместившись в отеле, мы, конечно, тут же вышли на разведку. Облик Гонконга – это все-таки облик западного города. Вроде бы по улицам ходят такие же китайцы, но и одежда, и манеры, и собаки на поводке, и даже лица у них совсем другие. В Пекине в зоопарке, например, мы обратили внимание на группу парней, один из которых явно мнил себя крутым стилягой: у него был какой-то невообразимый галстук, узенький пиджачишка с ультракороткими рукавами, темные очки, лакированные туфли. И все-таки рядом с первым попавшимся гонконгским юношей он выглядит как-то провинциально, хоть живет и в столице.

Окружение нашего отеля оправдывает мнение о Гонконге как об одном из финансовых центров мира. Банков на соседней улице просто немеряно, а еще везде конторы по недвижимости.

Купили экзотические фрукты: черимойю и star fruit. Первая – очень сладкая, а второй довольно безвкусный, но своеобразный. Что обрадовало, так это что в Гонконге имеются автобусные туры типа “hop on, hop off”, который мы и собираемся взять завтра. Мы пока, правда, не очень сообразили, как до них добраться.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

25 марта 2012, воскресенье

Аутентичненький получился день. Утром взяли гида (официального) и отправились в тур по хутунам. Кстати, хорошо, что туры здесь – это не просто поездка в одно место, а непременное посещение нескольких, довольно искусно соединенных с точки зрения сбалансированности ходьбы, езды, карабканья.

Так и поездка в хутуны началась с двух смотрящих друг на друга башен – Барабанной и Колокольной. Слава Богу, лезть пришлось только на одну из них, Барабанную. Обе эти башни были построены при династии Мин и оповещали о времени народ, который “часов не наблюдал”. Отбивали и отзванивали они каждые два часа.

Для того, чтоб подняться к барабанам, нам пришлось одолеть 60, а затем еще 9, очень крутых ступенек. Помимо барабанов, на втором этаже башни также были выставлены древние приборы для определения времени, чтобы служители знали, когда бить в барабаны. В основном это определялось по времени сгорании ладана в устройствах. В половине десятого явились четыре парня и одна девушка и исполнили номер на барабанах, причем девушка била в самый большой. А барабаны тут не такие, с которыми выступишь на сцене: каждый размером с одну, а то и с две громадные бочки – так что неудивительно, что их в те времена слышал весь город.

Гид показал нам с балкона все части Пекина. Было интересно посмотреть с высоты на места, которые мы уже видели: парк Бэйхай, Олимпийскую деревню, Запретный город.

Из Барабанной башни мы перешли в Колокольную, но тут дело ограничилось первым этажом, на котором нам показали чайную церемонию, теперь уже не театрализованную, как в Лаоше, а с дегустацией разных сортов чая и подробными объяснениями. Научили и как заваривать, и как чашечку держать тремя пальцами, и как пить в три глотка, оттопырив безымянный палец и мизинчик. В России это одно время считалось признаком мещанского жеманства и очень высмеивалось, а тут так делали только женщины и это изображало хвост феникса, являвшегося символом императрицы. Мужчины же брали чашечку тоже тремя пальцами, но оставшиеся два поджимали внутрь – это символизировало дракона, то есть императора. Нам дали попробовать пять разных сортов чая: у-лун с женьшенем, жасминовый, пу-эр (плиточный), черный чай с ли-чи и цветками розы и фруктовый. Грех был уйти из чайного царства, не приобретя настоящего китайского чая, и мы купили у-лун и жасминовый.

Отсюда мы пошли пешком в квартал Шичахай, который, как нам объяснили, является излюбленным местом пекинцев и полон ресторанов, баров, магазинчиков. Место очень живописное, расположено на берегу озера. Узнали, что “хай” означает “озеро”, а следовательно, “Бэйхай” – “Северное озеро”. Тут нас осенило, что “Бэйцзин” (Пекин) тоже не случайно начинается с “Бэй”. И так мы пришли к давно известной всем истине,что “Бэйцзин” это всего-навсего “Северная столица”.

Путешествие продолжалось на велорикше, на этот раз официально относящемся к туру, но которому, впрочем, все равно пришлось дать на чай.

Для начала поехали к образцово-показательной пекинской семье. В хутунах часто живут целые поколения. Нетрудно понять, что старшим представителям семей жизнь тут нравится, а младшим – не слишком.

При входе во двор натыкаешься на стену. Гид объяснил, что так же как и высокие пороги, такие стены служили препятствием для проникновения в дом злых духов. Типичный дворик объединяет четыре дома и вместе с ними составляет пять основных элементов. Главным и самым престижным считался северный дом, под знаком Воды, и в нем жили родители. Дом на востоке олицетворял элемент Дерева и принадлежал сыновьям – опоре семьи. Западный дом связан с элементом Металла – золота, и обитали в нем дочери. В южном доме, под знаком Огня, жила прислуга. И наконец, сам двор представлял собой пятый элемент, Землю.

Кроме того, гид обратил наше внимание на обязательное наличие деревьев во дворе. Иероглиф 人 означает “человек”, и если его обнести стеной с четырех сторон, то получится вот что: 囚. А это означает “человек в тюрьме”, то бишь заключенный. Дабы не возникало такой печальной аналогии, во дворе сажали деревья: 木 , но непременно больше одного, ибо такой иероглиф: 困 означает “трудности”, что жителям также было явно ни к чему.

Раз уж речь зашла об иероглифах, то здесь же отметим, что на двери китайцы любят вешать изображение иероглифа “фу” – 福, что значит “благополучие”. Более того, нередко его вешают вверх ногами. В результате получается игра слов: слово “dào” означает по-китайски как “перевернутый” (倒) and “прийти, прибыть” (到). Таким образом, “Fú dào” одновременно значит “Fú вверх ногами” и “приходит благополучие”.

Жительница дома усадила нас под портрет Мао (дело происходило в восточном доме, приспособленном под комнату для посетителей) и на хорошем английском рассказала о жизни в таком доме и показала многочисленные картины своего отца-художника, выполненные в традиционном китайском стиле.

Уходя, увидели во дворике представителей двух других поколений: старшего и младшего. Славненький двухлетний китайчонок, когда ему предложили сфотографироваться, сначала дичился и отказывался позировать с нами, но затем проникает симпатией, даже проводил нас до двери и по подсказке старших сказал: “See you later”.

Далее мы совершили пешую прогулку с гидом по хутунам. Собственно говоря, слово “хутун” – монгольское, изначально означало “колодец”. Во времена монгольской династии Юань в каждом таком квартальчике был свой колодец, отсюда и название. Теперь же хутунами называют узкие, а временами очень узкие переулки.

Как и все в Китае, дизайн дверей строго регламентировался общественным положением жителей домов. Если в доме жил представитель военного ведомства, то по бокам от дверей располагались два поставленных на ребра круглых камня с различными украшениями. Квадратные или прямоугольные же камни указывали на чиновника гражданского. Количество вбитых над дверным косяком деревянных брусьев зависело от социального положения. Максимальное число – двенадцать – мог себе позволить только император. Других за это, так же как за использование желтого цвета, символа дракона, строительство двухъярусной крыши, наказывали, а то и казнили. Дальше число брусьев шло по убывающей, и простолюдин довольствовался лишь двумя.

Про значение сторон света при конструкции китайских двориков мы уже говорили, а вот про город в целом нам было сказано, что на востоке жили богатые, на западе – знатные, на юге – незнатные, а на севере – бедняки. Не очень понятно, наверное, такая присказка.

Из хутунов вернулись к обеду, а после оного посетили последний пункт нашего пребывания в Пекине – жемчужный рынок Хунцяо и здорово там повеселились. Для того, чтоб добраться до классных, сертифицированных жемчужных изделий на чинном четвертом этаже, надо пройти три бурлящих и кипящих этажа с разливанным морем китайского ширпотреба (да-да, того самого, какого и у нас навалом). Эскалаторы расположены в разных местах, как, собственно, и принято в больших торговых центрах, но в каком-нибудь “Marks and Spencer” трудно представить себе шумных продавцов, гоняющихся за вами, хватая вас за руки и с криком: “What is your last price?”. И с таким расположением эскалаторов их избежать никак не возможно.

Нас предупреждали, что торговаться в Китае надо обязательно, но мы и представить не могли, что здесь торгуются так бурно, темпераментно и с жаром. Торговый центр кишмя кишел иностранцами, которых, очевидно, тоже проинструктировали относительно правил шоппинга по-китайски. Поэтому тут и там мы наблюдали массу забавных картинок: с возмущением удаляющийся покупатель, бегущий за ним продавец, готовый на любые уступки, лишь бы сбыть свою фальшивую “Dolce & Gabbana”. Одна продавщица, уловив нашу беседу между собой, на ломаном русском возопила: “Давай шарфа покупай! Почему шарфа не хочешь?”. Мы ей ответили: “Не хотим – и всё!” и ушли.

Ну и напоследок в Пекине мы очень, очень вкусно поужинали все в том же японском ресторане, хоть и более скромными порциями.

Конечно, мы не посмотрели всего, что хотелось увидеть в Пекине – например, Летний дворец, этнографический музей, ламаистский храм, – но пять дней провели очень насыщенно, с пользой и массой впечатлений. Посмотрим, каков будет Гонконг…

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

24 марта 2012, суббота

Сегодня пошли в Пекинский зоопарк. Поскольку на вечер у нас был запланирован поход на шоу кунг-фу, решили уделить зоопарку не более 3-4 часов. Поэтому действовали по тому же принципу, что и в свое время в Лувре, где мы начали осмотр с “Моны Лизы”, а дальше смотрели, что успевали. В данном же случае прежде всего устремились к большим пандам. Сразу же скажем, что все Моны Лизы здешнего “Лувра” безбожно дрыхли.

Признаки хоть какой-то активности проявила только первая виденная нами панда, невозмутимо и с аппетитом поедавшая листья бамбука, да и та, завершив трапезу, улеглась спать. И все же вид этот больших симпатичных животных очень умилил.

Та же история наблюдалась и с мелкими пандами: одна из них что-то ела, а остальные самозабвенно спали, распластавшись на деревнях.

Вообще, весь зоопарк представлял собой одно большое сонное царство. Спали волки, спали медведи, спал ягуар. Зато лев с тигром не подкачали. Очевидно играло роль традиционное желание кошачьих покрасоваться. Если другие животные стремились забиться в самый недоступный глазам зрителей угол, то лев и тигр, наоборот, специально разлеглись на самых видных возвышенностях своих вольеров и принимали царственные позы. Льва удалось сфотографировать в момент, когда он сладко потягивался.

В зоопарке, конечно, народу было сегодня полно – уикенд как-никак. Наконец-то мы увидели большое скопление китайских детей – на улицах, надо сказать, их не так много. Дети очень симпатичные – щекастые, румяные, настоящие куклята! Удивило большое количество девочек. Очевидно, стремление рожать только мальчиков ввиду ограничений на количество детей, сошло на нет, по крайней мере, в столице. Возможно, это следствие запрещения определять пол ребенка до рождения. Видели редкие пары с двумя детьми (наверное, это люди зажиточные), но с тремя – ни разу.

Кстати, кого еще ни разу не видели – это уже из другой оперы, – так это гидов-иностранцев. В Европе для русской группы туристов, например, обязательно сыщут какого-нибудь местного русского, то же касается и носителей других языков. Здесь же, кажется, на любое языковое требование найдется соответствующий китаец. Даже текст для аудиогидов на русском, которые мы упоминали ранее, явно был наговорен китаянкой. Другой момент, что все телеканалы, независимо от того, на русском они или на французском, на самом деле китайские, показывают всё китайское, и дикторы на них тоже китайцы! Например, худенький китаец в очках, чешущий с экрана по-арабски, произвел неизгладимое впечатление.

Зоопарк громадный, но других зверей, вроде жирафов, муравьедов, слонов, и т.д., мы согласно решили не смотреть, ибо видели их многократно, а к любимым животным они не относятся. То же можно сказать и об аквариуме – только несколько месяцев назад были в прекрасном аквариуме в Бергене.

Обед у нас получился поздним, потому что в большинстве ресторанов едят строго по часам. Поэтому в неурочное время, например от двух до пяти часов дня, поесть мало где удастся. В результате мы решили совместить обед с ужином. И слава Богу! Сегодня мы опробовали японский ресторан в нашем отеле. Не будучи твердо уверенными, что есть что в меню, сочли за благо заказать Teppanyaki course, то есть обеденный набор. Еще и подивились дороговизне (300 юаней), ну да где наша не пропадала, сегодня предпоследний день в Пекине.

Ну так это же был обед из восьми блюд! Официантка всё несла и несла тарелочки, мисочки, салатницы. Из описания обеда в меню было неясно, что на самом деле он состоит из закуски (красная икра, улитка, какое-то желе), салата, мисо-супа, рыбного блюда, мясного блюда, миски риса, овощей на гриле и фруктов. Даже когда официантка уже уставила стол всеми нашими яствами, мы каждый раз вздрагивали, когда она снова показывалась в поле зрения с очередным подносом и облегченно вздыхали, когда его проносили мимо. А не есть всё это было просто невозможно – еда была необыкновенно вкусной, пожалуй, самой вкусной из всего, что мы здесь ели. В общем благородные планы похудения, кажется, насмарку после такой обжираловки. Ну и ценыв результате оказались совсем не высокими – где у нас в Баку за 38 АЗН на человека можно получить такое изобилие вкуснейшей еды?

Ну а вечером, как уже говорилось, приобщались к китайским боевым искусствам – в Красном театре смотрели “Легенду кунг-фу”. Места у нас были очень хорошие, в девятом ряду, первое и второе – но вовсе не с краю, как можно предположить, а прямо посередине. От первого влево идут нечетные номера, от второго вправо – четные. В зале были в основном иностранцы, и само представление шло на английском языке, с китайскими субтитрами на мониторе, а буддистское “Ом мани падме хум” в переводе не нуждалось. Несмотря на весьма мужской характер представления и внушительную стоимость билета в нашем ряду в 380 юаней, мужчина, сидящий рядом благополучно проспал весь спектакль.

Сюжет незатейливый, о мальчике, поступившим в монастырь изучать боевые искусства, о его жизненном пути, соблазнах и достижении наивысшей ступени просветления. Но само представление очень впечатляющее, красочное, соединяющее элементы балета, пантомимы, цирка, оперы. Артисты проделывали поразительные номера, временами даже нельзя было понять, что имитация, а что – реальные навыки искусства кунг-фу: главный герой укладывался на мечах, разбивал о голову металлические бруски, на его груди били кирпичи. И что это было, бутафория, иллюзия, или перед нами был настоящий мастер кунг-фу?

Китайцы не были бы китайцами, если бы и тут не продемонстрировали исключительную предприимчивость. Мы уж молчим о сувенирах с символикой представления, продаваемых в фойе, так они еще и организовали возможность сфотографироваться с артистами на сцене за 20 юаней. Мы были среди тех, кто этой возможностью воспользовался, но самим бы такое никогда в голову не пришло.

CLICK HERE FOR ENGLISH VERSION. АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ВЕРСИЯ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.

23 March 2012, Friday

Сегодня – запланированная с самого первого дня пребывания в Пекине Великая стена. Честно встали, честно в 7.30 были на ресепшене. Остальные участники тура оказались не столь пунктуальны, поэтому выехали только в 8.

Нам посоветовали тур к секции стены Мутянью, совместно с частью Священного пути. Позже оказалось, что в программу также входят посещение нефритовой и шелковой фабрик. Нашим гидом оказалась маленькая, шустрая, неопределенного возраста китаянка по имени Хуэй Лян (Мелани для иностранцев), которая честно отрабатывала свой хлеб. За сегодняшний день мы узнали такое количество сведений о Китае, какого не узнали за все предыдущее время.

Например, по дороге к Священному пути мы узнали, что гробницы династии Мин, к которым этот путь, собственно, ведет, находятся так далеко за городом в соответствии с требованием фэн-шуй. Символ императора – дракон, и все строения, связанные с китайским владыкой, должны были располагаться по так называемой “Линии дракона”, где Запретный город символизировал голову дракона, а гробницы – его хвост. Также узнали много подробностей о взаимной гармонии инь и ян, где кроме общеизвестных пар Солнце-Луна, земля-небо, мужское-женское начало, даже фрукты подразделяются на относящиеся к инь (арбуз, груша) и ян (личи, апельсин), и не рекомендуется есть слишком много одних или других, лучше соблюдать баланс.

Тот отрезок Священного пути, который мы увидели, конечно, интересен, но не сказать, что особо потряс. Он представляет собой мощеную аллею, обсаженную с двух сторон высокими деревьями и с каменными изваяниями по обочинам. Сурово возвышаются чиновники и генералы, сменяющиеся затем животными: слонами, верблюдами, львами и мифическими сыновьями дракона. За каждой парой стоящих животных, в соответствии с инь-ян, располагается пара таких же сидящих.

Отшагав два с половиной километра по аллее, мы сели во подживавший нас уже на другой стороне автобус. Теперь наша разговорчивая Мелани “угостила” нас рассказами о знаменитом китайском нефрите. Собственно, нефрит – это только одна разновидность жадов, так называемый, мягкий жад. Он используется в основном для резных поделок. Другая разновидность – твердый жад, или жадеит, он более редкий, и, следовательно, более дорогой и применяется для ювелирных украшений. Этот минерал кроме того называют “живым камнем” (поскольку он меняет цвет с течением времени в зависимости от температуры человеческого тела). Порода, потенциально содержащая жады, является предметом азартных игр, ибо даже опытный глаз вряд ли определит, скрывается или нет в сердцевине обычного на вид серого камня драгоценный минерал.

На фабрике прямо у входа нас ошеломил огромный цельный кусок нефрита, представляющий собой гору, с вырезанными на ней деталями в виде деревьев, цветов, пагод с тончайшим ажуром. Композиция многоцветная: зеленая, винно-красная, желтая, причем это всё натуральные переливы цветов нефритовой глыбы, чем резчики искусно воспользовались. Следует сказать, что на фабрике фигуры значительно интереснее, чем виденные нами вчера в императорской сокровищнице, а цены у продаваемых изделий намного ниже магазинных и уж конечно, гостиничных.

Среди фигурок увидели много “капусты”: название этого овоща по-китайски (báicài 白菜) созвучно со словосочетанием “богатство и деньги” (cái, 財), поэтому фигурки в виде капусты по поверью приносят в дом благосостояние, если правильно расположены (листьями к дверям или окнам, а корнями – внутрь дома, в противном случае фортуна улыбнется соседям). Кстати деньги своему владельцу приносит и один из драконьих сыновей с неблагозвучным нашему уху именем Писю, фигурку которого мы не преминули приобрести, помня о текущем годе дракона. Нам сказали, что такие фигурки есть у каждого уважающего себя китайского бизнесмена, а в Лас-Вегасе имеющего такой талисман в кармане не пускают в казино.

Там же, на фабрике, нас научили отличать настоящий жадеит от подделки: в настоящем при рассматривании на просвет видно что-то вроде клубящихся облаков. Отличить же более качественный минерал от менее качественного можно ударив по камням агатовой палочкой: чем выше звук, тем качественнее жадеит.

Обедали мы в большущем зале ресторана прямо при фабрике. Одновременно с нами там обедали без преувеличения тысяча человек. До обеда наши товарищи по экскурсии были просто неизвестными попутчиками. Но с людьми, сидящими с нами за одним столом, мы разговорились: это была супружеская пара из Австралии и брат с сестрой из Турции. Еще одна пара, как выяснилось уже позже, была из Бразилии, остальные же так и остались нам неизвестны.

После трапезы мы долго-долго ехали в горы, по направлению к Мутянью. Повторимся: при наличии листвы на деревьях, дорога бы выглядела куда красивее. В некоторое замешательство повергло нас известие, что на стену нам предстоит подниматься по канатной дороге. Ух и страшно же было передвигаться на этом зыбком сооружении над пропастью!

Надо сказать, что в информационном бюро отеля не обманули, что эта секция стены не так многолюдна, как другая, Бадалинская, и что вид здесь вокруг открывается потрясающий. Хождение по стене представляет собой постоянные спуски и подъемы по лестницам, в основном не слишком крутым, хотя попадаются и сложные участки. По всему пути тут и там сидят предприимчивые китайские торговцы, которые пристают ко всем туристам еще более назойливо, чем на земле, иногда с целью просто поболтать и с обязательным вопросом: “Where are you from?”. Впрочем, это же вопрос иногда слышишь и от проходящих мимо других туристов, в частности задал его один бирманец, который услышав слово “Азербайджан”, тут же радостно поведал, что жил в Баку четыре года и работал в ВР на проект ACG. Это ж надо было залезть на Великую китайскую стену, чтоб повстречать коллегу!

В общем, если бы не сильный ветер, немного подпортивший дело, по Стене бы еще гулять и гулять. Обратно по канатной дороге мы ехали уже гораздо спокойнее и соскочили с сидений с бОльшей ловкостью.

Казалось бы, впечатлений уже и так выше крыши. Ан нет, провезли нас еще через Олимпийскую деревню на шелковую фабрику. Перед этим, как водится, Мелани вылила на нас очередную порцию вводной информации. Ну, то, что касалось личинок шелкопряда, коконов, производства шелка, нам в общем было известно. Новым было то, что в Китае встречается уникальный парный шелкопряд, кокон которого содержит двух личинок. Такой кокон непригоден для разматывания нити и, следовательно, изготовления шелковой ткани (нити в нем переплетены как паутины), зато его можно растянуть. Эти коконы используются как наполнители для подушек и исключительно гигиеничных, теплых зимой и прохладных летом одеял. Кокон для этого вскрывают, выполнивших свою работу червяков выбрасывают (впоследствии именно они в жареном виде и нанизанные на палочки, украшают закусочный рынок Дунхуамэнь), сами же коконы последовательно растягивают на рамках все большего размера, а затем 4 работницы доводят их до размеров нужного одеяла вручную. Один кокон растягивается до размера одеяла на двух человек! Таких слоев должно быть около 50.

В целом день оцениваем на твердую “пятерку”: очень интересно, очень познавательно, и не слишком утомительно. Вечером на радостях купили на воскресенье тур по хутунам.